Аналитики усомнились в новом кредитном перегреве в России

Финансы

Орешкин поспорил с ЦБ о роли потребкредитов в росте ВВП

Споры между министерством и регулятором, а также опыт кредитного перегрева 2013-2014 годов породили на рынке мнение о больших проблемах в розничном кредитовании, указывает Орлова. К тому же сам ЦБ за последний год предпринял меры по сдерживанию роста розничного кредитования: он дважды повысил рисковые надбавки, а кроме того в сентябре и декабре 2018 года повысил ключевую ставку (хотя летом 2019 года снизил ее до 7,25% — столько же, сколько до повышения). Однако за счет этих мер охладить рынок не удалось, отмечает Орлова.

Чем ситуация непохожа на прошлый бум

Если при оценке рисков ориентироваться на 2014 год, выводы можно сделать весьма негативные, пишет Орлова: и ипотечный, и неипотечный портфель сейчас больше, чем в 2014 году, отношение неипотечных кредитов на душу населения к средним зарплатам к концу 2019 года должно составить 145% (близко к 160-170% в 2013-2014 годах), а стоимость долга — 4% совокупных доходов домохозяйств (4,1% в 2014 году). Все это говорит о накоплении рисков.

Но сходство между цифрами еще не гарантирует, что ситуация повторится, считает Орлова. Во-первых, перегрев 2013-2014 годов произошел в ситуации быстрого роста реальных располагаемых доходов населения — в среднем на 3% в годовом выражении в 2010-2014 годах, и на 4,3% — в 2012-2013 годах. Кредитное сжатие началось, когда реальные доходы в 2014 году начали падать, а платежеспособность домохозяйств ухудшилась, напоминает эксперт.

Финансы

ЦБ объявил о новых ограничениях для выдачи потребительских кредитов

Но сейчас розничное кредитование восстанавливается на фоне снижения реальных доходов — в 2017-2018 годах в среднем они падали на 0,6% в годовом выражении. Никто не прогнозирует, что в ближайшие годы они упадут сильнее, хотя и значительного роста не ждут, напоминает Орлова.

Во-вторых, в отличие от 2013-2014 годов сейчас в России действует режим инфляционного таргетирования, поэтому ставки гораздо более предсказуемы, а волатильность в большей степени абсорбируется валютным рынком, пишет Орлова: в 2018 году при ослаблении рубля на 17% ставка ЦБ на конец года составила 7,75%, то есть осталась на том же уровне, что и в 2017 году.

Наконец, сейчас нет перегрева в потреблении. В 2013-2014 годах быстрый рост кредитов был частью потребительского бума, напоминает Орлова: с 2009 года потребление домохозяйств накопленным итогом к 2013 году выросло на 28%, в два раза превысив накопленный рост экономики, а сейчас эти показатели близки. Таким образом, риск резкого ухудшения динамики доходов, которые и так почти не растут, не слишком высок, и не так грозит рынку розничного кредитования, резюмирует аналитик.

ЦБ предпримет меры по ужесточению кредитования, но поскольку это негативно скажется на экономическом росте, ему придется дождаться окна возможностей, считает Орлова: например, когда ускорение экономики будут обеспечивать нацпроекты. Если ЦБ использует ближайшие кварталы, чтобы по совету Минэкономразвития затормозить рост розничного кредитования, перспективы ускорения экономики в 2020 году будут хуже, полагает экономист.

«Иными словами, сейчас не только рынок розничного кредитования менее подвержен рискам, связанным с сильным ухудшением динамики доходов (они и так почти не растут) или связанным с ростом процентных ставок (сейчас ЦБ больше не обязан беспокоиться о волатильности курса рубля), но и последствия замедления роста розничного кредитования выглядят не такими болезненными для экономики по сравнению с тем, что было прежде», — резюмирует Орлова.

В любом случае темпы роста кредитования замедляются второй месяц подряд. В июне, по данным ЦБ, они составили 1,4% против 1,9% годом ранее.

Оба бума — «нездоровые»

Общее у двух бумов потребительского кредитования в том, что они не формируют устойчивой платформы для роста, рассуждает главный экономист «Нордеа банка» Татьяна Евдокимова: прошлый соответствовал ситуации перегрева, который не может длиться долго, текущий — это попытка сохранить прошлый уровень покупательной способности, а не стабильно наращивать потребление.

«У нас пока не было продолжительного здорового цикла роста потребительского кредитования», — замечает экономист.

Единственное, что беспокоит в текущей картине — это то, что если в 2011-2014 годах домохозяйства брали кредиты для увеличения потребления, сейчас они берут их, чтобы поддержать его на прежнем уровне, рассуждает главный экономист ING по России и СНГ Дмитрий Долгин. Из высокой долговой нагрузки два выхода — через снижение задолженности и через рост доходов, говорит он: «То, что сейчас дискуссия сфокусирована на снижении нагрузки, указывает на то, что надежд на рост доходов мало».

Подпишитесь на рассылку РБК.
Рассказываем о главных событиях и объясняем, что они значат.

Автор:
Татьяна Ломская

При участии:
Антон Фейнберг

Теги:

потребительское кредитование, «Альфа-банк», ЦБ, Максим Орешкин

Источник: rbc.ru

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: